18+
9

Андрей Кончаловский
Российская формула киноуспеха

Из когорты наших режиссеров, сделавших (хотя бы частично) международную карьеру, Кончаловский самый заслуженный. Никто так, как он, не стремился к этому еще в те годы, когда об этом запрещалось даже мечтать. Никто так не работал над этим. Сначала как оппозиционный советский режиссер. Потом как официозный. Потом как нечто среднее. Став эмигрантом, Кончаловский снова сменил несколько личин: он пробовал адаптироваться в Голливуде и в европейском истеблишменте. Что самое удивительное, во всех этих качествах добился имени, успеха, положения. И каждый раз «соскакивал» с завоеванных позиций.

Вот и теперь Кончаловский вернулся в Россию, чтобы снять продолжение «Аси Клячиной». В своих интервью он говорит, что Америка закоснела, переживает кризис, а история творится и жизнь пульсирует в России. Что-то он не замечал этого раньше, даже в раннюю пору перестройки. Быть может, дело в том, что окрепли консерваторы неокоммунистического толка, вошел в моду монархизм, возрождается дворянство. Но хотя Кончаловский участвует в таких акциях, как «Дворянский мир», вместе со своим братом, однако вряд ли чересчур серьезно относится к их самопародийному пафосу.

Кончаловский — человек, сознательно убивший в себе корни. Быть может, продолжался этот процесс в нем уже бессознательно. Начав с преступного для советского человека желания свободно путешествовать по планете, он действительно ощутил себя гражданином мира, а Россию — загадочной страной, пребывающей во власти детских эмоций. Такой он и рисует ее в фильме «Ближний круг» — с точки зрения иностранца.

Но стопроцентным американцем Кончаловский тоже не стал. Все его сделанные за океаном фильмы несут на себе отпечаток двойственности, во всех прорывается европейская, русская, даже восточная ментальность. Апофеозом в этом смысле стали «Скромные люди» — вариация на темы «Покаяния» и «Прощания с Матерой», снятая с точки зрения американского консервативного эколога.

Тоска по не до конца омертвевшим эмоциям и привела его обратно в Россию. По его признанию, ему стали невыносимы суперпрофессиональные «мертвые сценарии», которыми наводнен Голливуд. «Ближний круг» поставлен именно по голливудскому сценарию, не оживленному, увы, американской моторностью. Таким образом, круг замкнулся — не только ближний, но и дальний круг странствий. Кончаловский первым из советских кинематографистов легально вырвался за железный занавес — ив этом его историческая миссия. Он первым обходил коридоры западных студий изнутри, познавая их маленькие секреты и большие тайны. Он — наряду с Полянским и Форманом — стал связным западного и восточного киномиров. И все же он — в отличие от Формана и Полянского — не стал полноценным персонажем «того» мира, отчаянно пытаясь сохранить и культивировать остатки славянского романтизма.

Proskurina
Allen
Каро
Subscribe2018
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2019 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»