18+
61

Изабел Рут: «У меня смешная карьера»

С Изабел Рут беседует Борис Нелепо

В 1960-е годы в португальское кино пришли молодые люди, желавшие противопоставить развлекательному кино эпохи диктатора Салазара новую эстетику. Отсчет Novo Cinema ведется с картины Паулу Роши «Зеленые годы», в которой дебютировала актриса Изабел Рут. Она сотрудничала с большинством заметных режиссеров страны, но не сыграла тех ролей, которыми могла бы прославиться в иных обстоятельствах.

Кадр из фильма «Зелёные годы», 1963

— Перед нашей встречей я просматривал изданную Синематекой книгу, посвященную вам, и сборник ваших стихов Fotopoesia. В краткой биографии на обложке написано, что вы не только актриса, но и танцовщица.


— А вы не знали, что я раньше была балериной? Это всегда было моим призванием, уже с четырех лет я хотела танцевать. И никогда не думала становиться актрисой. Я выросла в деревне и только в двенадцать лет, оказавшись в Лиссабоне, сказала матери, что хочу учиться балету. В восемнадцать поехала в Лондон в Королевскую балетную школу, вернулась через два года и стала прима-балериной в одном из первых балетных театров Португалии. Актер, за которого я вышла замуж, однажды попросил меня почитать вслух стихи одному режиссеру — ему не хватало девушки для постановки спектакля по статической драме Фернандо Пессоа «Моряк». Так все и началось. Когда мы играли спектакль, в зале оказались другие режиссеры. Один пригласил меня в телевизионную постановку, а вторым оказался Паулу Роша, предложивший сыграть в кино. Сейчас, после его смерти, в Синематеке провели небольшую ретроспективу, я сидела в зале и пересматривала «Зеленые годы». Я была не актрисой — просто девочкой. В ней я увидела сейчас что-то очень свежее и естественное; вот почему все так полюбили этот фильм. Затем меня стали приглашать и другие режиссеры, я бросила танец в двадцать три года.


— «Зеленые годы» изменили португальский кинематограф. У вас было ощущение, что вы работаете над чем-то совершенно новым?


— Нет, нет. Мы ни о чем таком не думали. Мы были очень молоды и относились с любовью к тому, что делаем. Для меня первый опыт в кино был просто удовольствием. И это ведь маленькая история о юноше и девушке, очень скромных людях. Я не всегда соглашалась с режиссером, не хотела произносить какие-то реплики, стеснялась себя. Когда на премьере вдруг случились громкие овации, была совершенно поражена. На следующий год снялась у Антониу де Маседу в «Воскресенье, под вечер…» (экранизация романа Фернандо Намора. — Б. Н.). А затем была «Перемена жизни» Паулу Роши, я предпочитаю ее «Зеленым годам», моя роль мне там больше нравится. Думаю, я там лучше проявила себя как актриса.

— В «Зеленых годах» мы видим непарадный Лиссабон, не попадавший ранее на экраны кинотеатров. Были у вас проблемы с цензурой?

— Нет… Паулу Роша не занимался политикой. Это в первую очередь история любви. Замысел совсем не был политическим. Возможно, у других и были сложности… Но у нас снималось не так много фильмов. Все это не может сравниться с тем, что было в Советском Союзе.

— Но даже у Мануэла де Оливейры после «Весеннего действа» возникли кратковременные проблемы с государством.

— Правда? Я не знаю. Все-таки Оливейра никогда не был левым; мне казалось, что у него всегда были хорошие отношения с правительством. Но я далека от политики и очень невежественна. Нужно делать свое дело честно, тогда и результат будет хорош.

— После съемок «Перемены жизни» вы уехали из Португалии.

— Да, я работала два года в театре, а затем уехала в Италию. Там я сыграла в нескольких короткометражных картинах, а также снялась в трех полнометражных — у Серджо Франкино, Роберто Фаэнца и Лионнелло Массобрио. Вы знаете, в Риме мы подружились с Бертолуччи, который писал тогда сценарий «Двадцатого века», мы с ним были очень близки, но никогда не работали вместе. Пазолини приходил на наши спектакли, потому что со мной играла его подруга Лаура Бетти, и мы виделись на репетициях. Ингмар Бергман зашел в гости после спектакля и целовал мне руки (cмеется). И с Феллини мы встречались. Но я никогда ни у кого из них не играла. Жизнь такая вот. Что касается Пазолини — я появляюсь у него в одном фильме всего на секунду.


— Да, в «Царе Эдипе». Если не ошибаюсь, вы служанка Иокасты, как раз вместе с Лаурой Бетти.

— Да, но это же не настоящая роль. Я там что-то вроде скульптуры. Пазолини сказал: «У меня нет роли для вас». Но мне это было неважно, я просто хотела пойти к нему на площадку. И он вставил меня просто так (смеется). Подарил красивый букет цветов, большой! Однажды мы встретились в Венеции и пошли на дискотеку, я танцевала всю ночь с Нинетто Даволи, а Пазолини пил и смотрел на нас…


— А с Жан-Клодом Бьеттом вы встретились благодаря Пазолини? Он же работал ассистентом режиссера на «Царе Эдипе».


— Не помню, встретила я его до «Эдипа» или после… Может быть, вы правы. Вы знаете, когда я была в Италии, все пролетало стремительно, я снималась у совсем молодых людей, а потом иногда даже не видела фильмов. Не так давно директор Синематеки Жуан Бенар да Кошта делал посвящение мне и смог достать многие из редких фильмов, снятых в Италии.


— Получается, и короткометражку Бьетта Ecco ho letto вы никогда не видели?


— Не могу ее вспомнить совсем. Я ничего не помню (смеется).


— Но вы помните самого Бьетта?


— Да, конечно, но не фильм. Мне было двадцать семь лет, я столько всего тогда делала, а теперь не могу вспомнить даже имен и названий, ведь тогда не было айфонов. Я вообще предпочитаю жить настоящим — меня все время спрашивают о прошлом, другим интересно, но для меня это просто повторение одного и того же. Но, если вы найдете фильм Бьетта, пожалуйста, покажите его мне. Ведь он умер…


— Вы снимались у него еще раз сравнительно недавно — в картине «Три моста над рекой». Вы встречались между двумя этими фильмами?


— Нет! Это самое странное. Он был очень молод, а затем мы встретились уже старыми людьми (смеется). Паулу Бранку пригласил меня, сказал, что Бьетт приезжает в Лиссабон и хочет, чтобы я сыграла у него небольшую роль.


— После путешествия в Италию в вашей карьере случился большой перерыв.

— У меня были друзья, которые поехали путешествовать. Сначала в Непал. Я хотела узнать Восток, увидеть Индию.


— И поэтому отказались от карьеры в кино?

— Да, я не очень интересовалась кинематографом. Хотела узнать жизнь, других людей, новые места. И сейчас моя жизнь не ограничивается кино. Я люблю смотреть фильмы, я люблю в них сниматься. Это моя работа, но мои интересы — еще и многое, многое другое.

— Итак, вы одиннадцать лет не снимались в кино.


— А потом вернулась в Лиссабон, в начале восьмидесятых. Моим первым фильмом после долгой разлуки с кинематографом стал «Шут» Жозе Алваро Мораиша. Не думала, что вернусь в кино, оно казалось мне очень искусственным и высокомерным. Мануэл де Оливейра сказал однажды, что кинематограф должен скоро закончиться. И я ответила, что да — мы легко можем прожить без него.


— В «Шуте» вашу героиню зовут Илдой — так же, как в «Зеленых годах». Это же не совпадение?


— Но я не Илда там. Я играю королеву.


— Да, разумеется, вы играете королеву в спектакле, который ставит главный герой. Но исполняющую ее роль актрису зовут Илда.


— А! Точно. Это не совпадение, конечно. Жозе Алваро Мораиш был моложе меня, я не знала его до отъезда из страны. Но это поколение любило «Зеленые годы». Вообще, у меня смешная карьера.
Я снялась в порядка пятидесяти фильмах после сорока лет. Женщины стареют и обычно теряют роли, а я вернулась в Португалию, мне нужны были деньги и работа! Сразу после «Шута» я сыграла у Жуана Бутелью.


— Вы упомянули поколение режиссеров, на которых повлияли «Зеленые годы». А вам нравится «Шавьер» Мануэла Мозуша? Ведь это в некотором роде ремейк или даже сиквел, поэтому Мозушу было так важно пригласить вас на роль матери главного героя.

— Мануэл — очень скромный человек. Он настолько скромен, что я обменялась
с ним, быть может, двумя-тремя репликами. Вы знаете, он напомнил мне немного Фернанду Лопеша (классик португальской «новой волны», автор фильма «Белармину». — Б. Н.). Я помнила его молодым, фантастическим человеком, а потом после моего возвращения… Многие стали другими, немного сломленными… Я снималась и у него тоже, на съемках мне иногда было грустно наблюдать за ним.


— Ваша фильмография насчитывает около семидесяти картин. У вас есть любимый фильм?


— Понимаете, у меня ведь было не так много настоящих ролей. Моя подруга однажды сказала, что я могла бы добиться гораздо большего. Но моя жизнь такая, какая есть. Я появляюсь во многих фильмах, но чаще всего в эпизодах. У меня было, может быть, двадцать хороших ролей. Особенным фильмом для меня остается, наверное, «Золотая река» Паулу Роши, там у меня замечательная роль.

— Вы работали с Мануэлом де Оливейрой.


— Не так много. Три фильма, кажется.


— Нет, больше. Восемь.


— Да, но опять же совсем скромные роли. В «Волшебном зеркале» я появляюсь на кладбище. В «Долине Авраама» — роль без слов, я играю немую служанку. Короткое явление в «Странном случае Анжелики».
Я не так важна для фильмов Оливейры, но для моего резюме — да, здорово, я в фильме Оливейры. Окей, спасибо. Или Пазолини. Но что я реально у него сделала? Ничего.


— И все-таки и для Оливейры, и для Мораиша, и для Мозуша ваши камео принципиальны.


— Я впервые встретила Оливейру, когда нас пригласили получать призы, в начале шестидесятых. Я еще не стала актрисой, была танцовщицей. И после этого мы встречались много раз. И каждый раз, когда он меня видел, он говорил: «Вы такая большая актриса!» Я отвечала: «Да? Но вы никогда не приглашаете меня играть». Мануэл всегда берет только тех, кто по-настоящему соответствует его персонажам.


— Пару дней назад мы говорили с вами о португальском кино, а вы только посмотрели «Джанго освобожденного» Тарантино и в шутку ответили: «Вот это настоящее кино».


— Это правда! Я люблю «Джанго». Но вот возьмите Ренуара, Эйзенштейна, Росселлини. Вы сравниваете португальское кино с этими режиссерами? Для меня здесь нет сравнения. Я думаю, что эти люди гении.


— На мой взгляд, Антониу Рейш или Паулу Роша не менее важны для истории кинематографа.


— Вы так думаете? Что же, хорошо для них.

Proskurina
Allen
Каро
Subscribe2018
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2019 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»