№ 41/42. Ровесники » НОВЫЙ ГЕРОЙ: Ребенок как взрослый. Взрослый как ребенок » Взрослый как ребенок: история вопроса

Владимир Старицкий

«Иван Грозный», 1945, реж. Сергей Эйзенштейн

Этот слабенький юноша в маскарадных одеждах с великим ужасом поднимался на престол, как на эшафот. При жизни оплаканный интриганкой-матерью Евфросиньей Старицкой, он должен был возглавить заговор против царя — своего двоюродного брата Ивана Грозного. Среди царских приближенных не было более трусливого и безвольного человека, чем князь Владимир. Но вовсе не гнева брата-душегуба боялся Старицкий. Его преследовал неизбывный страх перед самой жизнью, которая Владимиру — нелепому взрослому младенцу — не стеснялась показать свою уродливую и злую сущность. Заговор стал для Старицкого не надеждой на спасение (какая в этом дьявольском обиталище надежда?) и не средством к мщению (знал ли он, что такое мщение?). Это было отчаянное самоубийство не ради смерти, а ради того, чтобы услышать поминальный плач собственной матери, прощальную колыбельную — единственное «живое слово», чудом сохранившееся в стенах царских палат.

Когда Грозный разыграл страшную шутку, нарядив изменника-брата в царские одежды, он не мог не вспомнить себя в детстве — маленького Ванечку, которому, к великому несчастью, слишком рано пришлось стать царем. Так же боязливо и неуверенно шел он к трону, так же презрительно смотрели на него бояре, так же благословила его на жестокое царствие мать. Для него, царя Ивана, восхождение на трон обернулось не только концом детства, но и началом того пути, который убивает в человеке душу. А закончился этот путь как раз тогда, когда совершилось братоубийство и погиб от руки Грозного слабый и беззащитный, а вместе с ним — все воспоминания об окаянных днях несчастного, но все же настоящего, человеческого детства.

«Иван Грозный», 1945, реж. Сергей Эйзенштейн

Князя Владимира Старицкого никто, конечно, в царские одежды не наряжал. Его, вместе с женой и девятилетней дочерью, казнили в 1569 году. Как именно, точно неизвестно: то ли отрубили голову, то ли зарезали, то ли отравили. Ему было тридцать шесть — не так уж и мало по тем временам, Владимир был всего на три года моложе Грозного. Тот Старицкий едва ли мог стать прототипом для князя Владимира, у этого персонажа был иной прототип — сам царь Иван Васильевич Грозный.