18+
' . $issue->category_nicename .'

Сеансу отвечают: Каменная башка

Вариация на тему «красавица и чудовище» интересна разве что органичностью «чудовища» — Николая Валуева, могучим утесом возвышающегося посреди бушующего вокруг моря эмоций. Море это ему совершенно очевидно, по колено, а хрупкая героиня Оксаны Фандеры, прижавшаяся к его груди, как тучка к утесу-великану, — герою явно по барабану.

Главный минус — очевидная шаблонность, вторичность: в отличие от столь же вторичного «Рестлера» Дарена Аронофского, который победил в Венеции, бешеной физической энергетики в фильме Янковского нет и в помине. Унылая, депрессивная атмосфера к середине изрядно утомляет, и нет больше сил умиляться уникальному и эффектному артефакту — Николаю Валуеву.

Аутичная, холодная, но с мерцающим под коркой льда огнем мелодрама — человеческое тепло в разножанровых фильмах Янковского всегда глубоко спрятано. Как, впрочем, и в обыденной жизни. Мутант-меченосец из предыдущей картины Филиппа был обречен на абсолютное непонимание и неприятие (хотя столь единодушного и не совсем справедливого возмущенного гула он не заслужил). Герой нового фильма — не менее странный, даром что без фантастических модификаций — пробивает на симпатию с боксерской силой Валуева, чья фактура в руках Янковского генерирует мощный драматический эффект. Персонаж актера-боксера Егор Головин — не иначе как инопланетянин, невиданное существо с нечеловеческими буграми на каменной башке потерявшее и заново, на короткий миг обретшее земную любовь. Бытовое, заурядное счастье.

Второй потерявший память за отчетный киносезон — к чему бы? Правда, с карманником Шультесом полной ясности нет: не исключено, что рыжий прикидывается. У боксера же Головина все всерьез — и у режиссера Янковского тоже. По фестивальному канону дебютными считаются первые два фильма, однако Янковский-мл. по-настоящему дебютировал четвертым. Он вытащил из тяжеловеса Валуева не типаж, но актера: чем ближе к финалу, тем тот пронзительнее — в жесте, взгляде, полуулыбке.

Урод, боксер с нечеловечески доброй душой — Каменная Башка настолько же целен и прост, насколько витиеват был Меченосец. Но провалы в памяти остались. Не будь их, создавать конфликт и двигать сюжет в обоих фильмах было бы значительно тяжелее. После экзистенциальных метаний душегубца с лицом херувима Валуев в амнезии, пожалуй, единственно правильный вариант. Если поворачиваться, то «кругом». И до того резко, чтобы свист ветра в ушах вызвал и у аудитории частичную амнезию. Стерильность Башки, его идеальность для жанра любого вида не оставляет места памяти, кажется, что Янковский начал снимать именно отсюда. Однако это не так. И поглядев на персонажей Хабенского, Ткаченко и Валуева, невольно подумаешь: а странных все-таки героев выбирает Янковский!

Чтобы разыграть такой козырь, как боксер Валуев в главной роли, даже специальных усилий не требуется. Его можно просто поставить перед камерой, включить ее и уйти: такая фактура- сама себе драматургия. Он похож на Вегенера в роли Голема. И совершенно излишне обрамлять эту фактуру многозначительными повторами, громко намекающими на то, что главный герой, лишенный памяти, похож на автомат. Каменная Башка битых три раза демонстрирует, что весь его рацион состоит из внушающего жалость «доширака», и это явный перебор. Вообще у режиссера заметна склонность проговаривать очевидное и дублировать происходящее в кадре, зачем-то еще объясняя словами. Похоже, что режиссер не доверяет роскошному материалу, который заполучил в кадр, и организует вокруг него ненужную суету.

Принято считать «Каменную башку» большим прогрессом по сравнению с «Меченосцем», но такими темпами Ахилл никогда не догонит черепаху.

Как все-таки много значит репутация. Зарекомендовав себя «Статским советником» (после подзабытого «В движении») и закрепив образ «Меченосцем», Филипп Янковский окончательно всех убедил, что в кинематографе для него самое главное — чтобы ух! Поэтому когда очередной свой фильм — неожиданно сдержанную, почти камерную, хоть и криминальную мелодраму с элементами, если можно так выразиться, непреднамеренного юмора — он снял про боксера, страдающего провалами памяти, многие по привычке не заметили, что на сей раз Янковский поймал за хвост сразу два актуальнейших тренда: амнезию в качестве диагноза современному обществу и героя, находящегося в непростых отношениях с собственным телом. А поскольку в роли героя и его тела выступила природная стихия по имени Николай Валуев, архетипическая история любви супертяжеловеса и проститутки приобрела ярко выраженно концептуальный характер, что тоже пошло ей на пользу.

Ну, это вроде вариации игры в каменьножницы-бумага, где бумага терпит, монтажные ножницы в безумных руках, а все в дело в валуне-великане Валуеве.

«Башка», конечно, испытание не из легких. Когда приличный критик хвалит фильм Филиппа Янковского с Николаем Валуевым, думаешь, что у критика наступила наконец профессиональная деформация; критика искренне жаль. Смотришь сам. Не тошнит, хотя признаваться в этом страшно — ребята засмеют. Словом, если бы не подозрение, что фильм получился случайно, что весь его приятный минимализм — от невозможности выжать из боксера хоть минимум актерской игры и от неумения снимать спортивные сцены, как это делают в Голливуде — здесь можно было бы выйти на громкие моральные максимы; как то: никто не безнадежен, нельзя ставить крест на человеке, а принцип «из Назарета может ли быть что доброе» не работает. «Башка» не шедевр, не «Рестлер», но экзамен на непредвзятость; нельзя быть снобом; думая в этом направлении, я закономерно докатился до просмотра актуальной политической ленты «Олимпиус инферно» режиссера Игоря Волошина. Никогда не прощу этого ни критику, ни «Башке», ни себе.

«Каменная башка» — картина по-своему экспериментальная. Достаточно интересный сюжет, вполне профессиональная режиссура. Внимание массовой аудитории картина привлекает в основном благодаря участию Валуева, которому, на самом деле, играть ничего особенно не надо — он и так заполняет собой всю плоскость экрана. Действительно интересная часть проекта связана с образом, создаваемым Оксаной Фандерой и взаимодействием персонажей, между которыми выстраивается, казалось бы, непреодолимая стена. Так картина неожиданно попадает в сердцевину современных размышлений о новом витке некоммуникабельности, откуда весьма неожиданное появление здесь антониониевских мотивов. Однако, на мой взгляд, эта сложная и плодотворная линия до конца не разработана.

«Каменная башка» не вызвала у меня ни удивления, ни неприязни. Об идейных достоинствах этой картины можно спорить, но художественные безусловны.

«Каменная башка» — это, с одной стороны, безошибочно узнаваемый Янковский-мл. — с синюшным светом, претенциозными ракурсами и скрежещущими паузами между репликами. Вместе с тем это, странным образом, терпимого качества триллер и прямо-таки дьявольски эффективная мелодрама. В конце люди плачут. 50 процентов заслуги, конечно, на боксере Валуеве, который не столько играет, сколько присутствует в кадре, но делает это очень бескомпромиссно и трогательно: такое тотальное сопереживание из артистов кино последний раз вызывал Кинг-Конг. Испортить такую фактуру — это как неудачно снять Empire State Building: невозможно, в природе просто нет таких ракурсов.

Человек далекий от спорта, но неравнодушный к движущимся изображениям, увидит в Валуеве вполне архитипическое с точки зрения кино. Это Голем- своего рода Глиняная Башка, — которого приводит в движение не вложенная в щель рта записка с талмудическими заклинаниями, а поляроидный снимок с подделанной фотографией погибшей жены и надписью «Моему Страшиле». Это монстр доктора Франкенштейна, который не чувствует боли, но у которого время от времени начинает сочиться кровь из ушей. Эти ассоциации не кажутся надуманными, хотя Валуев, вряд ли представляющий себе своих экранных предшественников, не просто существует на экране, он именно что играет — и оттого созданный им образ кажется еще большей удачей.

Кэмп
Аустерлиц
Erarta
Место преступления
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБибилиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2016 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»