18+
27-28

«Я очень милый»
Из интервью разных лет

По-моему, это совершенно неправильно — все эти фильмы с их стройной аргументацией, когда есть жизнь, когда есть мир и мечты… Ни в одном из них нет ощущения страсти — одна лишь вежливость… и логика вместо религии. Далеко не все складывается в систему, и не надо раскладывать все по полочкам.

***

Я уверен, что если эту вещицу не положить туда, а эту — сюда, то назавтра может разразиться атомная война. Это такая ответственность, которая все время давит тебе на плечи. Поэтому я постоянно расставляю и перекладываю вещи с места на место. Каждый день, каждую минуту — ведь я отвечаю за все жизни. И это не просто «замещение», как сказали бы психоаналитики… здесь нечто большее. Скорее это можно назвать «комплексом Иисуса»…

***

Для интеллектуальной аудитории стиль означает разрешение на эмоции. Интеллектуал позволит себе заплакать, только если история достаточно изысканна.

***

Моя семья ненавидела все мои фильмы. Считала их фашистскими, так как все они говорили о чувствах и прославляли веру. Возможно, мои родные тоже прославляли бы веру, но для них был слишком важен атеизм. Он был их религией, а всякая романтика считалась дерьмом. Что странно, так как в коммунизме полно романтики. А у меня была железная каска, маленький Железный крест, и меня притягивали темные стороны человеческой натуры, страдания и жестокость. На протяжении всего моего детства я слышал, как мои родители всячески оправдывали убийц — это, дескать, не их вина. Что ж, если вы можете сказать такое об убийце, вы можете сказать это и о нацисте. Но к этому они были не готовы.

***

Послушайте, сколько вам лет? Неужели вы так еще не научились тому, что надо окружать себя приятными вам людьми? Для меня это очень важно. Хотя когда-то, очень давно, я скорее был склонен очаровываться людьми неприятными. Особенно женщинами.

***

И вы, и я, — мы, в общем-то, не верим ни во что, но хотели бы поверить. Знаете, это как если меня спросят, верю ли я в привидения: я отвечу, что хотел бы. А вот если бы сюда вошло привидение и мы смогли бы его увидеть — о, мы бы испытали очень-очень сильное облег чение. Ведь это имело бы какой-то смысл, какое-то значение для всего, всего в целом. Это было бы нечто, превосходящее нас самих. Это было бы просто чудесно.

***

[О провозглашении «Догмы-95»:] Ведущий на той конференции задал мне вопрос, и под мой ответ должны были посыпаться листовки с  балкона. Это было очень сильное ощущение — такой исторический момент. А лучшая моя идея заключалась в том, что, прочитав правила, я отказался обсуждать их. — Вы хотели дать возможность публике сделать собственные выводы? — Нет, я хотел побыстрее уйти. Это была очень скучная конференция.

***

Если вы меня спросите, мое личное мнение таково: я очень милый. Так, я очень мил с актерами. Просто из кожи вон лезу. Но если у вас их пятнадцать и они собираются вместе, то конфронтация неизбежна, — просто потому, что так уж оно все обстоит. Ну конечно, у нас были конфликты с Бьорк! Бьорк думала, что это очень сложно — вставать и идти на работу к восьми утра, потому что в музыкальном бизнесе у нее такой необходимости не было. А я говорил что-то вроде: «Ладно, но тебе стоило бы подумать об этом заранее, потому что сейчас пятьдесят человек там снаружи ждут тебя». Я так старался быть милым! Я ненавижу конфликты. Я уверен, есть люди, которые их обожают и провоцируют. Но я не из их числа. Я хочу, чтобы все шло спокойно, приятно и продуктивно. Люблю хорошее настроение.

***

Представьте, что вы находитесь в комнате, где собралось много мужчин, и с некоторыми из них вы почти что незнакомы. Никакой неловкости не возникает. Вас не беспокоит, если кто-то из них раздражен или вы кому-то не нравитесь — спокойно сидите и пьете вместе со всеми. Но если то же самое происходит среди женщин, все внезапно становится важным. Я намного более наблюдателен по отношению к женщинам.

***

Что хорошо в вызовах, которые бросаешь самому себе, так это то, что всегда знаешь, где именно тебе будет больно, правда? Так что ты можешь оттянуться на самом себе по-настоящему! Я вообще люблю вызовы — в том числе брошенные извне. В определенном смысле очень хорошо, что Николь отказалась со мной работать: теперь мне надо найти кого-нибудь другого. Это отличный стимул для работы. У меня есть много способов истязать себя. Например, я хотел поставить подряд три одинаковых фильма. И думал, что это будет очень круто. Но, возможно, я недостаточно крут. Мне нужен перерыв.

Кэмп
Erarta
Рыцарь кубков
Бок-о-бок
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБибилиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2016 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»