18+
' . $issue->category_nicename .'

Сеансу отвечают: Алеша Попович и Тугарин Змей

«Алеша Попович…» — первый полнометражный мультфильм, практически окупившийся в прокате. Формулируя кратко — фильм немалой, но не реализованной потенции. Моя учительница музыки в таких случаях говорила: «Гора родила мышь». Гора — это искусник Бронзит, хорошие художники, прорисовщики. И — неплохой сценарий, сам по себе гуляющий в Сети. Мышь — фильм, наспех скроенный из сценария, который нужно по уму доводить, прописывать диалоги, характеры, сочинять пластические гэги. Но фильм, поставленный на скоростной конвейер, вышел хохломской игрушкой, местами непрокрашенной. О влиянии «Шрэка» на черты «Алеши…» писал всякий. Да не заметили, что Бронзит изо всех сил пытался сделать шаг «от Диснея» к  пространству фольклора, увиденного «из сегодня». Туда и тянут: бабка за дедку, дедка за внучку, внучка Любаша за Алешу… Глядишь, рожденная «Мельницей» «мышь» родную анимацию на верную дорогу вытащит…

Можно строго указать: кое-где хромает анимация, персонажи не страдают яркой индивидуальностью, юмор крупного помола и не первой свежести; конь говорящий — эк, удумали! Можно промолчать: Бронзит наверняка все сам знает, он же мастер. К тому же обстоятельства времени иного не предполагают — революции, ломясь к цели, не задумываются о средствах и не вольны в их выборе.

Пришествие отечественных анимационных блокбастеров, да еще и патриотических, — революция в исчерпывающем смысле слова. До революции в наших местах и просто «анимационный блокбастер» звучало как оксюморон. Теперь — нормально. За Алешей Поповичем на экран выезжает Добрыня Никитич, затем, надо думать, в седло взгромоздится Илья Муромец. Первая Конная…

Пока что качество патриотических изделий удовлетворительное. С души не воротит. Если не сравнивать лаковую картинку сувенирной шкатулки с заставками рукописных книг.

Однако лиха беда начало. Развернуть наших мастерованиматоров на блокбастеры со всеми вытекающими из них последствиями — индустриальными способами производства, высокой доходностью, широким прокатом, массовым успехом, клонированием авторских персонажей в компьютерных играх и т. д. — все равно, что посадить их на иглу. И теперь, очевидно (очами видно), где таится погибель уникальной философской, поэтической, интеллектуальной, гуманистической, по высшему счету художественной и по генному составу диссидентской школы российской анимации. На конце иглы. А игла, известное дело, в яйце, яйцо — в утке, утка — в зайце, заяц в сундуке. А сундук — с деньгами.

Почти Дисней и почти Союзмультфильм золотой поры, почти увлекательно и почти смешно. Но «чуть-чуть» в  искусстве делает всю погоду. Неоригинально, вот беда. Просчитано, выверено, строго по рецептам, а рецепты-то чужие. Смотрится хорошо, благо, кто теперь не ездит на принципе занимательности, а пересматривать не хочется. Приличный рашн фаст-фуд, короче.

Плохой фильм очень хорошего режиссера. Незаменимое пособие для тех, кто занимается психологией творчества. Очень хорошо смотреть этот фильм в  «сплотке» с «Божеством», тогда станет более-менее понятно, почему из этого сора так и не выросли цветы. Можно было бы порассуждать на ту тему, что Константин Бронзит — художник малой формы, сжатой, энергичной, издевательской; что большая форма, полный метраж болтается на нем, как гигантские шлем и  латы на крохотном старичке Святогоре из его же фильма «Алеша Попович…». Можно было бы порассуждать о том, что для полнометражного мультипликационного фильма необходим какой-никакой оптимизм и  вера в человека, вера в добро. Но Бронзит — уверенный, фундированный, что называется, мизантроп. И, как всякий мизантроп, он полагает, что успех Голливуда основан на том, что публика — дура и жрет все, что ей дают, лишь бы там были умелые гэги. Но это не так. Я смотрел несколько полнометражных американских мультфильмов: все они… эээ, прошу прощения за высокопарность, касаются серьезных нравственных проблем. Не как морду набить Тугарину, а … ну я не знаю … как детей воспитывать, оберегая их от опасностей или нет, как в «Поисках Немо»; ну или там насчет красоты, что она такое — как в «Шреке». В  «Алеше Поповиче…» ничего подобного не сыщешь. «Крепкий орешек», растянутый на полный формат. Все эти рассуждения можно послать подальше, поскольку кассу этот фильм сделал, и могучую. А это, кажется, было главной задачей.

Удивительно, но факт, что у спринтера Бронзита, мастера отточенных мини-форм, хватило дыхания на марафонский забег, каким является полный анимационный метр. Конечно, два километра пленки — это не двести метров: короткометражной плотности изображения добиться не удалось, да и число гэгов на единицу длины поуменьшилось, но и публика осталась довольна, и критика нос не воротила, как случилось с  «Незнайкой и Барабасом». Словом, фильм получился «народным», что подтверждается сборами и появлением одноименной мобильной игры.

Бронзит — яркий, талантливый представитель сугубо авторского направления в современной анимации — вдруг сделал анимационный блокбастер, экранизировал мотивы героического эпоса. И вот — в стане ценителей и знатоков высокого искусства огромное недовольство. Что же будет с нашей авторской анимацией? Нужны ли нам анимационные блокбастеры? Не вижу смысла принимать участие в этой дискуссии: сама постановка вопроса представляется мне странной. Что же касается «Алеши Поповича», то лишь слепой не увидит, что здесь все та же чудная бронзитовская ирония, замешанная на любви. Про одного из старых мхатовцев говорили, что он не любил того, над чем нельзя было смеяться. Вот это, мне кажется, формула Бронзита. Бронзит своих героев чрезвычайно любит, а  раз любит — то над ними смеется, а раз смеется — значит, любит. Вот тут заколдованный круг, который Бронзит создал, оказался воронкой, которая втянула зрителя.

Торжество уже позабытого понятия амбивалетность. После всех натужных поисков национальной идеи, всей этой патриотической патетики, совершенно элементарный ход — снижение, оборачивающееся возвышением. Пресловутая Древняя Русь, которая была или не была, но известна по былинам, сказкам и т. п., оказывается миром очаровательных недотеп и хитрованов, которые именно своим несовершенством в высшей степени симпатичны зрителю — от пожилых людей до ровесников моего пятилетнего сына. Абсолютное снижение, снятие пафоса и дает эффект настоящего, живейшего приближения. Поэтому у Бронзита получается по-настоящему веселое, живое кино.

Вернуться к зрелищной анимации, делать ее для зрителя, а не для фестивальной тусовки — эту тенденцию, все более заметную в последние годы, можно только приветствовать. И все же, сравнивая нынешнюю продукцию с лучшими образцами советской мультипликации, должен отметить два весьма огорчительных обстоятельства. Во-первых, как в сериальной продукции («Гора самоцветов», студия «Пилот»), так и в полном метре («Карлик Нос», «Незнайка и Барабас», «Алеша Попович и Тугарин Змей») — слишком заметна ориентация на вкусы и уровень тинейджерской аудитории. Отсюда навязчивый молодежный сленг, обязательная опора на гэг и суетливая оглядка на западные образцы.

Во-вторых, не только продюсеры, но и авторы гораздо больше озабочены коммерческим результатом, нежели художественным. А ведь опыт советской мультипликации доказывает, что это вещи не только совместные, но и взаимосвязанные.

Вот и Бронзит отразился в кривом зеркале русского блокбастера. Кажется, «Алеша Попович…» снят из желания большого художника проверить собственный талант жанром — как если бы профессор ЛГУ решил для смеху сдать ЕГ и получил четверку с минусом.

Довольно крепко сделанное коммерческое кино для внутреннего рынка и семейного просмотра. Этому, с  позволения сказать, мультблокбастеру, однако, не хватает самостоятельности, какой-то, что ли, родной лихости. Создатели его так очарованы Шреком и его компанией, что превращают зарубежного говорящего осла, друга великана, в местную говорящую лошадь, друга богатыря, без особых усилий как-то завуалировать эту метаморфозу. Образ бессмысленного Тугарина, ни злодея, ни героя, отличается совершенным безразличием к нему создателей киноленты, что понятно: где видели они в жизни или в сказке подобное нелепое создание? С  гораздо большей симпатией и знанием национальных характеров нарисованы (в буквальном смысле) образы попа, его паствы, его сына, который с детства отличается присущей русским богатырям силой и непроходимой тупостью, но и добротой также. Доброта эта не доводит до добра. В середине ленты история как-то сильно скисает, но худо-бедно все-таки достигает счастливого финала, оживляясь при помощи киевского князя-предателя. В общем, Шрек гораздо зажигательнее. Не говорю уж о героях античности в исполнении советских мультипликаторов. Впрочем, на экраны родины выходит еще один мульт, о приключениях Добрыни Никитича. Список богатырей может быть продолжен.

Мультфильм смешной и живой, и поэтому ему можно простить даже очевидные переклички со «Шрэком». Но есть и неприятный момент, особенно очевидный в эпоху, когда все яростные патриоты и все при этом едут в Куршавель на немецких машинах. По фильму кажется, что советской анимационной школы как бы и не было, даже музыка для фольклорной темы взята у Брегови ча (хотя я не уверен точно). Я думаю, тут дело в  том, что авторы пока боятся соревноваться с западными аналогами и поэтому сами подстраиваются под их формат.

Комментируя «Алешу Поповича…», наша пресса справедливо отметила, что фильм-де слепо копирует западные анимационные комедии. Но мало кто объяснил, в чем именно это выразилось. Дело не в устройстве мультика (каждые 30–40 секунд герои шутят, затевают свары, дурачатся или дают еще какую-нибудь веселуху) и даже не в том, что отдельные персонажи «Алеши…» подозрительно напоминают коллег, к примеру, из «Шрека». Дело в мессидже: как и лучшие американские анимационные фильмы, «Алеша Попови ч…» — это история о лузерах. Неказист и глуп сам Алеша, нелепы его спутники, смешон круглый, пузатый, как бочка, злодей Тугарин Змей. Все в «Алеше…» несовершенно, ущербно, незаконченно, и именно этим «Алеша…» близок широкой — не суперменами укомплектованной! — аудитории. В этом смысле «Алеша Попови ч…» — премьера веховая, он знаменует появление в российской мультипликации крепкой коммерческий жилки. Хотя трудно представить, чего стоило Константину Бронзиту (необыкновенному вообще-то художнику и лауреату дюжины международных конкурсов) сделать такой вот народный мультфильм.

Скороспелая мультяшная полнометражка студии «Мельница» сделана по рецепту «Шрека», но с использованием отечественных источников вдохновения. Ироническое осмысление великодержавных комплексов — занятие, в общем, достойное и похвальное. Но от Константина Бронзита ждали, наверно, несколько другой анимации. «Алеша Попович…» сыроват. Сюжета с трудом хватает на 70 минут экранного времени. Сценарий буксует, шутки повторяются. Бронзит впервые взялся за полный метр, и это видно. Но лиха беда начало.

Первый, наряду со «Шреком», полнометражный мультик, который я смог посмотреть с удовольствием. Удачный и смешной коммерческий продукт, избежавший и диснеевщины, и патриотического ухарства: очень «сельяновское» кино.

Лопушанский
Идзяк
Кесьлевский
Beat
Austerlitz
Триер
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБибилиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2016 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»