18+

Подписка на журнал «Сеанс»

' . $issue->category_nicename .'

Сеансу отвечают: Приятель покойника

Это авантюрная, психологическая притча о российском интеллектуале, который ныне вынужден переквалифицироваться, и в конечном счете оказывается в роли — не кинематографической, а реальной, грубой, зримой социальной роли — приятеля покойника.

Сугубо актуальная картина о кратком периоде первоначального накопления, когда матрешечники вышибают с улиц художников, первые дорогие кафе больше дразнят, чем обслуживают, человек с языками не может найти работу и распространяется всеобщее заблуждение, будто интеллект больше не является товаром. Для этой стадии характерно массовое обращение вроде бы симпатичных и умных ребят в бандитскую веру. В России эта стадия давно уже прошла и неофитов этих давно закопали, но на Украине, отстающей от нас аккурат лет на пять, все еще в самом разгаре. О том и снял кино украинский режиссер Криштофович, без кликушества и битья в набат, а совсем даже напротив, с мягким черным юмором, на который он большой мастер.

Это фильм об образе жизни. То, что в Америке делают для удовольствия, в Украине неприятная, но работа. Криштофович подкрасил чернуху хоть и убогим, но по-человечески теплым бытом и рассказал трагикомическую историю героя- интеллектуала, смятого маховиком террора, трезво и с убийственным юмором.

Это и есть, очевидно, новое добротное среднее коммерческое кино. Об окружающем социуме, страшноватом и труднопостижимом для нового русского лишнего человека. Понятно и, отчасти, утешительно, что не всем легко вписаться в новую обыденную криминальную действительность. Например, уже с молодости устаревшим отпрыскам старой образованщины.

Социальные невзгоды неприспособленного к новой реальности филолога — почва для бастеркитоновского комизма: человек и вещи, человек и обстоятельства. Фильм густо населен, и мастерство кастинга таково, что одного взгляда на лица достаточно для домысливания биографии того или иного персонажа вширь и вглубь. Одновременно — еще одна вариация на тему кризиса среднего возраста. Но, что отрадно, вариация легкая и меланхоличная.

В этой истории хорошо придумана только сама интрига: человек сдуру заказывает собственное убийство, а потом начинает цепляться за жизнь. Все остальное — из рук вон. Режиссер явно не знает ни своего героя, ни обстоятельств его жизни. Для жанрового кино такое незнание — залог провала.

Занятный сценарный ход — самозаказ на убийство, роман с женой жертвы. А режиссура вялая, неинтересная. Ощущение как от малобюджетного русского (украинского) кино. Малобюджетного не в том смысле, что авторского, а в том, что профессионально бедного, нужного разве что для наращивания количества производимой продукции.

Разумеется, такой опытный режиссер, как Вячеслав Криштофович, мог бы нагрузил, и разукрасить интригу, превратив картину в триллер или в боевик по нынешней моде, скроенный по американским лекалам. Но именно опыт и вкус оберегли его. Ибо нет ничего более жалкого в современном российском кино, чем желание «косить» под крутых американцев. Дело тут не в пресловутой ментальности, которую мы боимся потерять, как девка невинность. Дело в нашей технологической нищете. Когда проблемы постиндустриального общества, считанные с западных экранов, аранжируются на доморощенном технологическом уровне, фильм рискует попасть — и попадает — в зону непрограммируемых превращений.

Притчевая фабула хитроумно изогнулась, обещая — в том месте, где концы сомкнутся — большой вопрос. О жизни, поменявшей цвет, о нашей растерянности перед ней. Ждешь, что он прямо-таки обрушится на нас, прошибет током. Не прошиб — лишь царапнул. Хотя расставлено вроде все толково и все проводки подведены.

Фильму живые неприятны. Собственно, это единственное, что во мне осело в качестве впечатления. Совершенно непонятно, где все это происходит: контакта с живой реальностью в фильме решительно нет. Непонятно, почему герой решил себя «заказать». Будь на его месте не Александр Лазарев-младший, а кто-нибудь другой, я бы поняла. Режиссер ухитрился не использовать в этом фильме ни одно из явных своих мужских и режиссерских преимуществ: он ведь умеет выстроить отношения между людьми в кадре, в его фильмах всегда было неподдельное человеческое тепло, он знает жизнь. Про киллеров режиссер Криштофович, увы, ничего не знает.

В фильме по-чеховски несобытийная обыденностъ как бы принимает в себя фабульную конфигурацию из Достоевского. Противоестественный на первый взгляд, этот меланж неожиданно громко аукается с новой реальностью, в которой добро и зло не то чтобы перестали существовать или перепутались местами, но преспокойно пожали друг другу руки. Обжитая и по-своему налаженная частная жизнь, в которой еще недавно худо-бедно теплилось воспоминание об изначальных заповедях, этически сравнялась с социумом. А тот, как известно, в наших палестинах давно являет собой территорию с затоптанными линиями моральных демаркаций. Это страшненько и без прямого авторского негодования.

Криштофовичу не хватило выдержки. Ни с того ни с сего стало ему жалко героя, которого холодно, расчетливо и остроумно «пас» почти до финала. А мне жаль фильма, где такой жесткий, казалось бы, замысел смешан в итоге с майонезом и слюнями.

Вячеслав Криштофович — режиссер недооцененный. То есть всем понятно, что человек талантлив, своеобразен — и не более того. Между тем, он просто любит играть с банальностями в прятки. А еще лучше — выворачивать их наизнанку, чтобы обнаружить неожиданное — никакой банальности там нет и в помине. В самом деле, берешь тривиальную историю про киллера и делаешь из нее тончайший sofisticated (не знаю, как по-русски), где персонажи меняются ролями с такой изысканностью, что, кажется, еще чуть-чуть, и они сделают очередное сальто назад. И все станет, как у Сергеева. Ан нет.

В «Приятеле покойника» — стильном выверенном ремейке фильма Аки Каурисмяки «Я нанял убийцу» — автором допущены две досадные ошибки. Человек, который вывел героя на киллера, не должен был погибнуть. А самому герою не следовало столь откровенно подчеркивать свое благородство. Это ставит под сомнение главное достоинство фильма: зафиксированный принцип жизни, где главное — занять место другого. К сожалению, ближе к финалу фильма пути Криштофовича-моралиста и Криштофовича-профессионала заметно расходятся.

Фильм чрезвычайно симпатичен и умелой разработкой интриги, и, главное, тем, что дает реальное представление, что значит жить в Украине сегодня. Многие философические вопросы, связанные с природой насилия, снимаются одним только штрихом: заказное убийство в Киеве стоит $ 500.

Библио
Skyeng
Чапаев
3D
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБибилиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2016 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»