18+
// Хроника

Сеанс-дайджест №6

Дайджест «Сеанса» теперь будет выходить по субботам. В шестом по счету — носы Орсона Уэллса, суждение Пола Шредера о состоянии телевидения, Николай Хомерики о  провокационных темах, Сергей Сельянов о главных принципах компании СТВ.

В Роттердаме, а следом и в Гётеборге показали «Войну Анны» Алексея Федорченко. Этот фильм снимался без государственного участия, деньги на него помогали собирать всем миром — на стадии постпроизводства была объявлена кампания по сбору средств. Наталья Серебрякова поговорила с режиссером для «Кольты».

— А вы сами-то какой хотели фильм снять?

— Вот меньше всего я думаю о том, какой это жанр и что я хотел снять. Я хотел рассказать историю. И не только рассказать, но и выйти на какой-то новый уровень обобщений. А как уже назовут этот жанр — не мое дело. Меня удивила эта история.

— А она реальная? Где вы ее нашли?

— Да, она реальная. В последнее время я истории ищу в интернете. Телевизор не смотрю, газеты не читаю, а в интернете много сижу. Нахожу там очень много удивительных историй. История была очень короткая, буквально на страничку. О том, как девочка пряталась в немецкой комендатуре в Полтавской области. Я ее сначала отложил, потому что просто истории мне не хватало, пока я не придумал финал. Она у меня лежала пару лет, а потом стал писать потихонечку.

Появились и первые рецензии из Роттердама:

Screen International: Финал истории остается открытым, но от этого не теряет в своей силе. За фильм Анна плачет лишь дважды: в первый раз скорбь делает ее уязвимой, во второй раз — опасной. И, тем самым, Федорченко дает нам надежду на то, что Анна выживет.

Hollywood Reporter: Федорченко интересно показать, как война воспринимается через суженную, субъективную точку зрения — искаженную одновременно положением Анны (добрую часть фильма она смотрит на мир сквозь одностороннее зеркало) и ее возрастом (она все еще слишком юная, чтобы понимать во всей полноте, что происходит вокруг). Этот подход напоминает о других русских киношедеврах про войну, таких как «Иваново детство» Тарковского или «Иди и смотри» Климова — тот и другой рассказывают о детях, оставшихся один на один с ужасами Второй мировой войны.

 

 

● ● ●

Пол Шредер поговорил с изданием Screen International (чтобы не наткнуться на пейвол, открывайте ссылку инкогнито). Обсудили сходства его фильма «Первая реформаторская церковь» (First Reformed) с «Таксистом», правление Трампа и состояние индустрии.

«Думаю, что моя карьера окончится в кино. Телевидение подрастеряло свое очарование. Прямо сейчас в производстве находятся 500 телесериалов. Вы уверены, что хотите пробиться в этот мир?»

Шредер признается, что не сделал бы First Reformed, не увидев «Иду», которая впечатлила его настолько, что он захотел встретиться с режиссером Павлом Павликовским.

«Прежде, чем стать сценаристом, я написал книгу о духовности, так что эта тема очевидным образом волновала меня. Но, когда я пришел в кино, я и не думал, что когда-нибудь сделаю фильм о духовной жизни — пока не посмотрел “Иду”».

 

Пол Шредер, Мартин Скорсезе и Роберт Де Ниро в период работы над «Таксистом»

 

● ● ●

На портале «ПрофиСинема» вышел материал о премьерах киностудии имени Горького в 2018-м году. Триллер «Мертвые ласточки» соседствует с детским «Гурвинеком», рядом мелодрама с повышенной социальной ответственностью «Я свободен».

 

● ● ●

Николай Хомерики поговорил с Константином Шавловским о «Селфи», но разговор пошел значительно шире. Фильмография Хомерики отражает непростую судьбу режиссера в современном русском кино, и об этом тоже идет речь в интервью:

— Так как, по-твоему, поменялись правила игры?

— Они начали меняться уже тогда, когда я выпускал «Сердца бумеранг» — я увидел, что этот фильм был никому не нужен. Он прошел мимо всех — мимо зрителей, критики, больших фестивалей. Фестивали, кстати, тоже изменились, сейчас даже в программу «Особый взгляд» в Канне часто попадают фильмы, на мой взгляд, только потому, что про них будет что написать. Какие они темы затронули важные. А меня вот провокационные темы вообще не волнуют. Каннский фестиваль раньше был сосредоточен на том, что такое искусство кино сегодня. Это не значит, что великие фильмы не затрагивают остросоциальных тем — проблема в том, что они великие вовсе не потому, что их затрагивают.

 

● ● ●

На этой неделе на Republic вышла беседа Егора Сенникова с Сергеем Сельяновым. В ней продюсер, в частности, рассказывает, какие проекты его привлекают более других:

— У компании СТВ два девиза, с самого начала ее существования, оба китайские: «Опора на собственные силы» и «Пусть расцветают сто цветов». Я действительно люблю очень разное кино — какое-то я чуть лучше чувствую, какое-то хуже. Но мы делаем разные фильмы. Я очень люблю дебюты и всегда выделяю их для себя в отдельную категорию. Мне важно, чтобы в проекте было кинематографическое вещество. Бывают великие фильмы, которые сняты совсем незатейливо — простая «восьмерка», никаких изысков, но артисты благодаря режиссеру и своему таланту разыгрывают великие сцены. Для кого-то на первом месте картинка, для других — литература и история, они умеют ее очень хорошо рассказать. Но меня больше всего манит кинематографическое вещество — и я люблю, когда оно присутствует в любом проекте.

 

● ● ●

Станислав Зельвенский на «Афише» отобрал пять фильмов месяца, которые не попали в кинопрокат. Линклейтер с продолжением «Последнего наряда» Хэла Эшби (Брайан Крэнстон изображает Николсона), Дэнзел Вашингтон снова (после «Филадельфии», само собой) юрист, неожиданный Лэнс Хенриксен в фильме с Николасом Кейджем «Мама и папа».

 

 

● ● ●

Ричард Броуди вторую неделю обсуждает «Оскары». Его новый текст — ответ Дэвиду Эрлиху из IndieWire, который задался вопросом: зачем разделять номинации за лучший фильм и лучшую режиссуру? Броуди, во многом, сводит режиссерскую номинацию к работе с системой — в этом смысле, сильным кандидатом ему видится Грета Гервиг и ее «Леди Бёрд». Впрочем, сам Броуди предпочитает «Историю призрака» Дэвида Лоури, о чем он рассказывал неделю назад в своем списке вымышленных номинантов.

 

● ● ●

В завершение — подборка видеоэссе за неделю:

 

 

Как использовать свет «по-вильневски» — инструкция за две минуты

 

● ● ●

 

 

Звукорежиссер Джулиан Слейтер показывает, как он работал над «Малышом на драйве»: сложная партитура сирен и рёва двигателей требует сложной аппаратуры — рабочий пульт Слейтера впечатляет не меньше, чем сама работа.

 

● ● ●

 

 

Criterion рассказывает о тяге Орсона Уэллса к большим накладным носам — свой собственный режиссер не очень жаловал.

 

● ● ●

 

 

Sight & Sound опубликовали эссе о женщинах у Ингмара Бергмана, хотя скорее получилась коллекция срезок.

bok
Beat
Чапаев
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2018 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»