18+

Подписка на журнал «Сеанс»

5 АПРЕЛЯ, 2015 // Эссе

«От заката до рассвета»: в самое сердце

Сегодня вечером мы завершаем показы ретроспективы «Miramax: дни независимости» хитом на все времена — фильмом «От заката до рассвета», снятым Робертом Родригесом по сценарию Квентина Тарантино.

«От заката до рассвета». Реж. Роберт Родригес. 1996.«От заката до рассвета». Реж. Роберт Родригес. 1996.

Один, словно странствующий проповедник: белый тесный воротничок, очки и взгляд, говорящий о грядущем воздаянии даже больше, чем пистолет в руке. Другой — часть той силы, что вечно хочет зла, но вечно не так уж плоха. Языки адского пламени выбрались из-под футболки и вот-вот поглотят его целиком, вместе с головой. Они, как любят в России, братья. Траектория движения понятна: из огня — в полымя. Из мест не столь отдаленных — в самое сердце тьмы. Техас — Мексика. Маршрут отработанный годами эксплуатации.

В  90-х казалось, что это просто угарная безделушка, само время в бутылке; кино, которое научило стучать стопками по столу после очередной порции, любить правую ногу Сальмы Хайек, не пререкаться с персоналом ночных заведений, а также тому, что вода, налитая в презерватив, должна быть святой. Cейчас, двадцать лет спустя, можно констатировать со все серьезностью, что «От заката до рассвета» был и остается уникальным фильмом, родившимся на перекрестке авторских дорожек, не просто предсказавшим возвращение грайндхауса, но парадоксальным образом уплотнившим два полуночных фильма в один — один переходит в другой ровно в момент пересечения американо-мексиканской границы. Невыносимо легкую эстафетную палочку передает автор сценария Тарантино режиссеру-постановщику Родригесу.

Для Тарантино обычно — везти своего зрителя в багажнике. Открывать его справляясь: как ты там, дружок? Не спарился в темноте? Не стрельнуть ли тебе для острастки в глаз? И он везет, жадно глазея на пятки Джульетт Льюис и отбеливая по дороге зубы. В телевизоре придорожного мотеля — пеплум. На носу — очки Дастина Хоффмана. Родригес провожает солнце, включает душную музыку обольщения, выпускает на сцену полуобнаженную диву и желает всем спокойной ночи. Чем дальше на юг, тем крепче вера. Если ен в бога, то в режиссера, в возможности медиума: пленка все стерпит. Кино, как бар Titty Twister, открывает свои двери и пожирает любые смыслы, любых героев, любую фактуру, и его темное торжество превращения может разрушить только свет на выходе из кинозала или адреналиновый кол, вбитый прямо в сердце зрителя. От такого очнется и Миа Уоллес. Он будет саднить в каждом, кто покинет зал.

«От заката до рассвета» — старая-старая сказка, и, как полагается сказкам, каждый добрый молодец при желании может усвоить из этого фильма несколько недурных уроков. Что бы ни случилось — веди себя прилично. Стал демоном — скажи товарищам. Веру терять нельзя, а после хеппи-энда лучше расстаться. Все это поможет дожить до следующего сеанса. Аминь.

Gilliam
Beat
Gilliam
Проводник
Чапаев
3D
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБибилиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2016 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»