18+
26 ФЕВРАЛЯ, 2015 // Интервью

Берлин-2015: Еще один раз, когда я видел Макао

С Жоао Педру Родригешем и Жоао Руи Герра да Мата беседовала Наталья Серебрякова

Португальские режиссеры Жоао Руи Герра да Мата и Жоао Педру Родригеш, авторы фильмов «Умереть, как мужчина» и «Последний раз, когда я видел Макао» рассказали Наталье Серебряковой о своей короткометражке Iec Long, повествующей о заброшенной фабрике фейерверков.

Жоао Педру Родригеш и Жоао Руи Герра да МатаЖоао Педру Родригеш и Жоао Руи Герра да Мата

Действие вашего фильма вновь происходит в Макао. Когда вам в голову пришла идея снимать этот фильм — до или после съемок «Последний раз, когда я видел Макао»?

Герра да Мата: Я жил в Макао в детстве… Фактически показанное в нашем фильме место находится не в Макао, а в центре острова Тайпа, одного из ближайших к Макао островов. Именно здесь была расположена фабрика фейерверков, которая была закрыта в 70-х и фигурирует в нашем фильме. В 90-х, а точнее в 1999 году появился проект реконструкции закрытой фабрики в курортную казино-зону, но что-то не сложилось, и, в конце концов, это место было перестроено под луна-парк или что-то подобное. Когда вы находитесь в Макао, этом эпицентре игровой индустрии, трудно сказать, чем именно занимается то, или иное развлекательное заведение.

Родригеш: Мы снимали это место в фильме «Последний раз, когда я видел Макао».

Герра Да Мата: Да, в начале фильма, когда показана игра в пейнтбол.

Родригеш: Для нас — это мистическая территория, которая рассказывает истории. Она преследует нас. В этом заброшенном месте живут призраки. Мы представляли, как эти маленькие дети работали здесь и умирали здесь. Это место ждало нас. Так появилась идея вернуться сюда, и рассказать историю, совершенно отличную от «Макао». Разрушенная фабрика — как временная капсула.

Герра да Мата: Однажды мы здесь встретили старого мужчину, который был одет только в короткие шорты. Его кожа была темной, и по контрасту с ней у него были очень-очень белые пальцы — от пороха для фейерверков. Его вид нас очень впечатлил. Этот человек когда-то работал на фабрике Iec Long. И после съемок «Макао» мы решили сюда вернуться и снять разрушенную фабрику, пока она окончательно не исчезла.

После показа фильма произошел интересный случай, давайте его обсудим. Журналистка из Китая очень агрессивно высказалась, что детский труд в Китае абсолютно нелегален. У вас же на этом основан весь фильм.

Герра да Мата: Я скажу, что во времена, когда эта фабрика работала, здесь вовсю использовался детский труд. Потому что, во-первых, это было удобно — маленькие, иногда шестилетние дети своими маленькими пальчиками сворачивали бумажные трубочки, до 3000 трубочек в день, и засыпали туда порох. Во-вторых, использовать детей было очень дешево. Никто не обращал внимание, насколько это тяжелая работа. Детский труд использовался в Китае, как, впрочем, и повсюду в мире. Мы знаем из истории, что когда-то так было и в Польше, и в России. Если журналистка из Китая чего-то не знает, это не значит, что чего-то не существует. Просто у них там коммунистическое правительство, которое скрывает.

Расскажите тогда в таком случае, что вы вообще знаете об истории этой индустрии в Китае?

Гера да Мата: Самые первые упоминания о фабриках фейерверков в Макао относятся к 1880-81 годам. Это были маленькие нелегальные мануфактуры. В конце 40-х ХХ века в Макао производилось более 900 тонн фейерверков. В 1960-х число фабрик в городе и на острове Тайпа снизилось. По существу, это случилось после того, как провозгласили тотальный запрет на производство собственных фейерверков, вследствие беспорядков, которые начались во время Китайской культурной революции в 1967. Протестанты бомбы из пороха для фейерверков и бросали их в полицию. В середине 1970-х большинство фабрик переехало в континентальный Китай, и постепенно было вытеснено менее опасной текстильной индустрией, а затем они окончательно испарились в 90-х. Зарплата в континентальном Китае еще ниже, а системы безопасности на производстве вообще не существует. Несчастные случаи продолжали происходить, и были ужасны.

Родригеш: За полвека существования фабрики Iec Long, с 1923 года, когда она была открыта, случилось много трагических историй со смертельными исходами, погибло много мужчин, женщин и детей.

 

 

Расскажите подробнее о несчастных случаях, которые были зафиксированы на фабрике. Что вы о них знаете? Ведь в этом весь смысл фильма — в трагической судьбе его работников.

Родригеш: 18 декабря 1928 года жители острова Тайпа были потрясены мощным взрывом, который случился где-то рядом с такой силой, что был похож на землетрясение. Полиция начала расследование и установила, что взрыв произошел на фабрике Iec Long. Мы исследовали различные материалы и документы, и нашли много похожих случаев в полицейской хронике и в 30-х, и в 50-х. Жертвами в основном были рабочие, умершие внезапной смертью. На территории фабрики находили изувеченные трупы и оторванные части тел этих людей и детей. Огонь от взрывов на фабрике обычно перекидывался на близлежащие дома, жители которых выбегали в панике, не зная, где спрятаться.

А что вы думаете вообще об огне как символе? Фильм начинается кадрами фейерверков, которые длятся почти пять минут.

Да Мата: Огонь очень важен в китайской мифологии, как вода, ветер…

Родригеш: …воздух. Мне кажется, огонь — это вечный символ возрождения и регенерации.

Да Мата: Да, я тоже считаю, что огонь не всегда разрушителен. Огонь — это жизнь. Если вспомнить историю, все поменялось в жизни людей, когда они открыли, как добывать огонь.

Но в вашем фильме огонь опасен.

Гера да Мата: Давайте снова вернемся к истории. Слово panchao впервые было использовано в Макао. Оно происходит от китайского pan-tcheong или pau-tcheong, что переводится как «китайский фейерверк» или «китайская ракета». Фейерверки запускались в Китае еще со времен династии Хань. Вначале использовались зеленые поросли бамбука, в которые запихивали порох, который, согласно легенде, изобрел китайский алхимик. Он это сделал в надежде получить эликсир бессмертия. Просто смешал нитрат калия и серу. Потом появились предохранители, бумажные роллы и длинные красные ленты патронов. Китайцы всегда использовали фейерверки, чтобы отпугнуть неудачу. Есть легенда, что даже чудовище Ньян, которое ест людей и крупный рогатый скот, боится фейерверков. И дьявол боится фейерверков. А некоторые люди верят, что фейерверки могут сжечь грехи.

…Понятно, поэтому фейерверки так популярны. А почему вы использовали VHS-записи в месте, когда речь идет о призраках? Вы хотели создать особую атмосферу?

Родригеш: Мы использовали в своем фильме VHS, потому что это было единственное, что мы раздобыли. Мы даже не знаем, откуда появились эти записи. Но это постановочные пропагандистские фотографии: на них дети, работающие на фабрике, слишком хорошо одеты.

Да Мата: Например, мы видим девочку в так называемом «шанхайском» платье. Дети на работу так не одевались, они вообще не одевались, только короткие шорты. Мы раздобыли эти материалы в библиотеке.

Родригеш: Фильм был полностью снят на цифру, и мы вставили в него эти VHS-фрагменты. Может быть, из-за этого он стал более мистическим.

А кто этот мальчик, который появляется в кадре, как призрак?

Да Мата: Это актер. Мы провели кастинг. Дети пришли на него вместе с родителями, и мы выбрали мальчика, который нам понравился. Вы же видите, он одет в современную одежду. Он не может быть настоящим призраком (Смеется).

Над чем вы сейчас работаете?

Родригеш: Я сейчас живу в США, и собираюсь снимать там свой новый фильм. Он будет об орнитологах, и я буду снимать его этим летом. Кроме того, это будет фильм-байопик о Святом Антонии.

Ковалов
Лопушанский
Идзяк
Кесьлевский
Beat
Триер
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБибилиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2016 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»