18+
31 МАЯ, 2013 // Эссе

Невозможные миры: Скуби Ду или Тайна без тайны

«Сеанс» нередко писал об анимации, но делал это нерегулярно. Отныне мы с помощью Ивана Давыдова попытаемся сделать наши погружения в мультипликационный мир более-менее системными.

Приезжай к нам, Скуби Ду, съешь Ульяну Скобейду. Написал я когда-то такой недлинный стишок. Прожорливый и трусливый немецкий дог, главный герой одноименного мультфильма, людей не ест. Предпочитает невообразимые, почти невозможные многоэтажные сэндвичи. И все-таки в призыве моем был смысл.

На самом деле разобраться с причинами любви людей разных возрастов (я тут искренен, я и о своей, в том числе, любви рассуждаю) к Скуби Ду очень непросто. Сериал до сих пор жив, если, конечно, можно считать жизнью очередную реинкарнацию. А первая серия появилась в конце шестидесятых. И вот раз за разом, год за годом, век уже за веком дети разных возрастов, включая детей пожилых, вроде меня, смотрят на Скуби. Это плохо нарисованный мультфильм о приключениях четырех друзей. Велма — страшненькая интеллектуалка в очках, ищет улики; Фред — красавец-блондин, строит ловушки; Дафна — просто красавица; Шеги — трус и обжора в растянутой майке, отвечает за комические ситуации. Ну и Скуби — говорящий пес, тоже трус, и тоже обжора.

Молодые люди без определенных занятий гоняют по миру на фургоне, разрисованном цветочками. Навещают родственников, знакомых, знакомых знакомых, и просто случайных людей. И всюду, где они только показываются, непременно обнаруживается монстр. Или призрак. Или болотное чудище. Или морское. Или гигантский кузнечик. Или индейский бог. Или африканский. Герои сначала бегают от монстра, а после ловят его, и выясняют, что монстр — дутый.

(Для въедливых и в скобках: нет, конечно, какие-то минимальные перемены с годами происходят. Появляются дополнительные герои — кузен Скуби, племянник Скуби. В последней, например, версии — «Скуби Ду: мистическая корпорация» — во-первых, анимация лучше, что, разумеется, только портит фильм, а во-вторых, обнаруживаются ненужные сложности. У Велмы и Шеги, оказывается, был роман, а Дафна безответно влюблена во Фреда, слишком занятого охотой на монстров, чтобы это заметить. Но базовая схема всегда одна и та же).

Итак, базовая схема: приезд, столкновение с монстром, местная легенда о монстре, погоня 1 (монстр гонится за героями), погоня 2 (герои гонятся за монстром), монстр пойман и разоблачен. Шериф, а то и правительственный агент выслушивают объяснения Фреда. Скуби и Шеги поедают гигантский бутерброд. Скуби-дуби-ду! — кричит Скуби. Титры.

Зрелище примитивнее вообразить трудно. Опытный зритель заранее знает, что тайны нет. Как бы замысловато не выглядело очередное чудовище, мы понимаем: там внутри человек в маске. Остается только выяснить, зачем негодяй это все затеял. Он хочет переправить через границу контрабанду. Завладеть, выжив собственников, куском земли, или просто отжать чей-нибудь бизнес.

Велма найдет порванное письмо, сложит кусочки, и все поймет. Фред приклеит мнимого монстра к полу или заманит в сеть. Добро победит зло.

Но дело, разумеется, не в победе добра. Добро побеждает всегда и везде, как Губка Боб, и этим кого удивишь? Дело — в отсутствии зла. Вернее, Зла с большой буквы, настоящего, иномирного, страшного. Зло в мире Скуби — примитивное и плоское, как весь этот мир. Мистика «мистической корпорации» — в предельном рационализме, в отсутствии, в уничтожении мистики. Нет зла, есть просто гнусный человечек, нарядившийся крокодилом или кровожадным идолом. И он хочет что-нибудь украсть, всего лишь.

Скуби Ду, получается, еще и стихийный марксист, между прочим. И последователь Френсиса Бэкона, борца с ложными идолами, заодно. Вульгарный, плоский, но последователь.

Вот она, благая весть, которую несет нам говорящий пес, озабоченный только поисками еды. Ведьм нет. И вампиров нет. И чертей. И демонов. И фантомов. И клоунов-убийц из далекого космоса. Все это придумано только для того, чтобы выманить у людей деньги. И за всем этим прячутся другие люди. Плохие люди.

Кстати, если задуматься, это же еще и деконструкция киноиндустрии как таковой, сложная интеллектуальная игра. Но сложных игр не нужно, чтобы полюбить Скуби Ду. Достаточно того, что он дарит нам мир без страха. Монстр увязнет в тесте, монстр попадет в сеть. Монстра нет. Если кто в темноте и прячется, то мы вполне в силах с ним разобраться.

Объемный мир зрителя, даже если зритель тяготеет к примитивным объяснениям, — все равно куда менее рационален, чем плоский мир Скуби Ду. Нет, вокруг, конечно, воры, рейдеры, и прочие негодяи в товарном количестве, но действия их не получается свести к одной лишь жажде наживы. Маски не сорвешь, поскольку это не маски. И это удручает.

Вот, вспомним хоть помянутую выше Скобейду. Ну не из-за денег же она.

Ровно поэтому и не устаешь, не перестаешь следить за фургоном, мчащим к разоблачению очередного чудища. И за его незамысловатыми обитателями. Правильные утопии не тонут. И не теряют привлекательности.

Что тут скажешь? — Скуби-дуби-ду!

Лопушанский
Лопушанский
Идзяк
Кесьлевский
Beat
Austerlitz
Триер
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБибилиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2016 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»