18+

Подписка на журнал «Сеанс»

11 ИЮНЯ, 2017 // Полемика

«Блокбастер»: Непрокатная версия

Василий Корецкий о том, что исчезло из фильма «Блокбастер», когда из него вырезали те самые 12 минут.

Сейчас модно наезжать на Минкульт (особенно в свете грядущего космического увеличения стоимости прокатных удостоверений), и в приветственной фестивальной речи минувшего «Кинотавра» президент Александр Роднянский с удовлетворением заметил, что девять из четырнадцати конкурсных картин сделаны без участия государства (инди-режиссером сегодня называет себя даже такой магнат, как Карен Шахназаров). Однако даже самые скандальные истории бодания Владимира Мединского с российскими режиссерами все-таки не знают таких случаев, когда по соображениям культуры из фильма было бы вырезано 12 минут принципиального материала, как это произошло с «Блокбастером» Романа Волобуева. Мотивы продюсеров неясны — прокатчик утверждает, что был готов работать и с режиссерской версией фильма, а сам Илья Стюарт решительно отказался от любых комментариев по этому вопросу (если бы так поступил министр культуры, воя было бы на полмира).

Так что же сделал Волобуев? Во-первых, он отказался от общепринятой в российском арт-хаусе последних лет практики репрезентации героя нашего времени (в «Холодном фронте» она закончилась буквально ничем) и снял кино о… киногероях. Криминальные подружки (Устинова+Чиповская) и окружающий их мир усталых мужчин взят целиком из кинематографической реальности, с которой Волобуев, в силу своего кинокритического прошлого знаком гораздо лучше, чем с реальностью Электроуглей. Как искренне бы автор ни намеревался рассказать нам о российской и московской жизни, какими остроумными и точными деталями столичного быта ни украшал бы фильм, все равно его персонажи исторгнуты из мира образов, а не российской толпы. И не спроста в ОВД, где работает герой Цыганова, грустный детектив с суицидальными мыслями, портрет Мэттью Макконахи висит на стене рядом с портретом Путина. Собственно, такой синефильский постмодерн и выйдет в прокат.

Но жажда реальности, охватившая русское кино в последние десять лет, явилась не просто так. Смотреть на игры плоских комиксодиов не очень интересно, как ни крути, в кино мы хотим видеть человека. И здесь — это второй ход Волобуева, которым он ставит мат «новому реализму» 2010-х — «Блокбастер» снова преподносит нам сюрприз. Живой человек в фильме есть. Это сам Роман Волобуев, наш современник. Крайне формально, даже небрежно сведенный криминальный сюжет — это только фундамент, из которого вырастает еще одно измерение фильма — авторское, субъективное, метафизическое пространство, где живут и резвятся идефиксы автора, его личные пристрастия, акцентуации, страхи, наконец. Это пространство тех фильмов, на которых Волобуев вырос, место встречи линчевского мистицизма и сарказма братьев Коэн. Именно здесь (были) натянуты настоящие связки сюжета — сложные системы допельгангеров, объясняющие те места, которые в прокатной сборке выглядят странными (собирательный акцент героини Чиповской, реплику героя Мурзенко, называющей героиню Устиновой чикой из сериала (вообще-то она работает ведущей телешоу) . Именно эти связи рассыпались при урезании параллельных магистралей сюжета. Исчез и шарж на госпожу Поклонскую — заметим, безо всякого давления государства, но бог с ними, с деталями — главное, из «Блокбастера» исчез автор и стоящий за ним массив мирового кино (легко узнаваемый любым заинтересованным зрителем), являвшийся именно в этих 12 минутах полета над плоскостью чистой диегезы.

Библио
Skyeng
Чапаев
3D
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБибилиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2016 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»