18+
// Рецензии / Фестивали

Берлин-2018: «Бесконечный футбол» Корнелиу Порумбою

Главный хит Берлинского кинофестиваля — короткий, на час с лишним, документальный фильм Корнелиу Порумбою. В год мирового первенства по футболу румынский автор приравнивает игру с мячом к универсальному языку, коду человеческой цивилизации.

Корнелиу Порумбою

Для плаката оценить новый документальный фильм Корнелиу Порумбою можно одним словом — «грандиозный». Если до показа «Бесконечный футбол» виделся занятным курьезом — ну, допустим, своеобразным сиквелом «Второй игры», где отец и сын Порумбою комментируют запись скучнейшего матча между румынскими «Динамо» и ЦСКА, прошедшего в 1980-х — то после финальных титров, открутившихся под мультзаставку передачи «В мире животных», оказался чем-то большим. Не смешная изящная штучка — масштабная метафора всех метаний рода человеческого, вместившая в себя бесконечное (в пандан названию) множество вечных вопросов.

Главный герой фильма Лаврентиу, на молодость которого пришелся демонтаж железного занавеса, служит мелким чиновником по земельным вопросам, вновь и вновь возвращаясь к самому травматичному переживанию юности. Нет-нет, не к революции… А к тому, как ему сломали ступню во время дворового футбольного матча. Налетели пятеро, прижали к коробке, пытались отнять мяч, дали по ноге. В этот момент Лаврентиу понял: если такое случается, значит, в футбольных правилах что-то не так. И значит, нужно придумать правила нового футбола — безвредного, быстрого спорта, который гарантирует спортсменам безопасность, мячу скорость, а зрителям первоклассное зрелище. Лаврентиу принялся за работу. Сначала подверглась ревизии форма футбольного поля (восьмиугольник вместо прямоугольника), затем на этом поле появились новые игровые зоны и границы, а игрокам, поделенным на четыре примерно равные части, было запрещено пересекать середину поля — там Лаврентиу решил установить сетку на манер теннисной. Всё ради безопасности, ради красоты.

 

 

Казалось бы, идиотизм, но Порумбою с терпеливым спокойствием и неменяющимся лицом deadpan-комика выслушивает своего героя. Тот оказывается братом друга или другом брата — Румыния страна маленькая. Дает ему порисовать тактические схемы на доске с магнитиками, погружается в подробности биографии, устраивает прогулку по памятным местам, заходит в обеденный перерыв к Лаврентиу на работу. Госконтора — самый длинный и уморительный эпизод картины, там зрителя знакомят с другими румынскими мечтателями: 92-летней старушкой, которая последние 27 лет потратила на кабинетную борьбу за национализированный коммунистами земельный участок (новая Румыния обещала вернуть), и с ее родственником, шахматным тренером, который долго славит аппаратчика Лаврентиу за то, что тот не вышвырнул просителей. Лаврентиу перед камерой застенчиво стекленеет. Он человек тихий, но в фантазиях видит себя кем-то вроде Спайдермена: в свободное от доставки пиццы (то есть, государственных забот) время он совершает великий подвиг — реформирует главную спортивную забаву планеты Земля.

 

 

Лаврентиу — не фрик и не сумасшедший. Порумбою дает это понять кристально ясно. Если комедия, которую он ломает, и болезнь, то не личная, а вполне себе национального масштаба. Вместе с режиссером мы навещаем семейное гнездо и видим папу героя, который гениально анализирует визуальную символику дикой мазни, которая украшает стены малометражной квартиры в советском блочном доме. Разговариваем о платоновской пещере и превратностях перевода библии. Интеллектуальные мощности Лаврентиу высоки, но травма толкнула его на странную дорожку — заставила пересматривать не такие уж сложные и вроде работающие футбольные правила. «Чем проще игра, тем она интереснее,» — убеждает героя футбольный тренер, когда в спортзале проходит экспериментальный матч по его модифицированным правилам. Как же! А если что-то случится?

Случайность пугает, свобода травмирует, отсутствие внятной сетки координат приводит в ступор. Плавающая линия офсайда, контактная игра, возможность численного превосходства — всё это не для Лаврентиу. Да мало ли что может произойти в самом деле? Поставят синяк, сломают ногу, испортят жизнь. Ему самому травма помешала поступить в Лесной институт. А мог бы стать егерем.

Неожиданно из спортивной комедии и байки о буднях современной румынской бюрократии «Бесконечный футбол» превращается в актуальное высказывание эпохи большого харассмента и пересмотра социальных норм. Отрицать чужие травмы невозможно, смеяться над ними нельзя, но как именно переписать правила жизни и не превратить мир в абсурдный анекдот с теннисной сеткой поперек футбольного поля? Это, конечно, вопрос вопросов.

Скажете — шутки? Где харассмент, а где футбол? Но игру с мячом считает сверх-языком не только Порумбою, но и, например, Борис Юхананов, совсем недавно рассказавший в своем «Назидании» о стычке Зинедина Зидана и Марко Матерацци как о нерасслышанном человечеством божественном откровении.

Мяч круглый, Бог всё видит, возможно всё.

Beat
Чапаев
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2018 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»